Такая милая Тихоня. Глава 10

Шапка фанфика
Автор: Мику куми
Жанры: Гет, Романтика, Драма, Ангст, Юмор, Повседневность, Первый раз, Учебные заведения.

Описание: Намикадзе Менма - знаменитая звезда телесериала и фильма "Наруто". Решив отдохнуть от своей шумной жизни, парень переезжает в Токио, под новым именем Наруто. На этом его жизнь не меняется, как этого ожидал сам парень. Из всего этого все же есть хоть что-то хорошее. В академии "Коноха" он влюбляется в девушку с очаровательными глазами.

X Текст




Подсветка:
НаруХина - Откл/Вкл
Фон: Откл/Вкл
Удалить пустые строки
X Содержание
Такая милая Тихоня
Франция.
 Париж, потрясающий своей красотой город, столица Франции. Каждый турист найдёт для себя особенное место в этом городе фантазий и грёз. Если ты эстет и любишь осматривать культурные достопримечательности — твоё сердце покорит величественный Нотр-дам-де-Пари, охраняемый бессменными стражами — каменными горгульями, следящими своими недвижимыми взглядами за спокойствием храма и его невидимых обитателей; ты не сможешь пройти мимо стеклянной пирамиды Лувра, архитектурного памятника и хранилища самых прекрасных произведений искусства, увидеть которые стремятся ценители и любители со всего мира. Если ты не простак в мире моды, а бюджет позволяет «разгуляться» — магазины и торговые центры любезно распахнут свои двери для тебя и твоей кредитной карты и позаботятся о том, чтобы ты не ушёл с пустыми руками. Думаешь, только брендовой одеждой красен Париж? Ювелирные украшения, изысканных вкусов вина, сладости, тающие во рту — всё это может оказаться сувениром, который ты, довольный и счастливый, увезёшь домой. В твоей крови кипит жажда развлечений и бурных эмоций, ты готов веселиться от заката до рассвета под клубную музыку и свет прожекторов — и эти твои желания может удовлетворить Париж, такой разносторонний и открытый для любого рода приключений. Будучи подхваченным бурлящей жизнью этого города, никак нельзя усидеть на месте. В действительности он гораздо лучше, чем на картинках и по рассказам. Это становится ощутимо душой, когда своими глазами посмотришь на его уютные улицы, вечерней порой освещаемые причудными фонарями. Поднимешь взгляд на красивые фасады зданий, приравниваемые к достопримечательностям города. Когда ранним утром, под ещё мирный и спокойный гул проезжающих машин и душевные разговоры ещё немного заспанных людей, пройдёшься по аккуратной брусчатке, стоптанной тысячами пар ботинок и туфелек, за каждой из которых своя печальная или счастливая история, и остановишься возле кафе, с плетёными столами и креслами у входа, прикрытыми навесом красного цвета, и соблазнишься запахами только что сваренного молотого кофе и свежей ароматной выпечки. Об этом городе, его красотах и образе жизни можно говорить бесконечно, однако многих Париж привлекает отнюдь не своей величественной архитектурой или развлечениями, а особой атмосферой любви и романтики. Как приятно в середине весны, согреваясь манящими лучами солнца, валяться на газоне и любоваться открывающимся завораживающим видом на величественную Эйфелеву башню, в одной руке держа сладкое мороженое или стаканчик вкусного кофе, другой рукой — держать тёплую руку своей «второй половинки». Как чудесно, спускаясь на прогулочном катере вниз по Сене, наслаждаться закатом, минуя мост за мостом, согреваться мягким пледом и объятьями дорогого сердцу человека. Или же зимними вечерами, наполненными волшебством, никуда не ходить и остаться дома, в своей уютной парижской однушке, смотреть старые чёрно-белые комедии или посвятить время друг другу, предаваясь разговорам и мечтаниям за кружкой горячего глинтвейна, распространяющего на «уютный мир для двоих» запах пряной корицы. Такова романтика Парижа.
 «Жизнь бьёт ключом» в этом городе с населением в два миллиона человек. Асфальтированными дорогами или железными путями метро, пешком или на велосипеде, взятом на прокат — люди добираются из одного пункта в другой, движимые своими планами, идеями и желаниями.
 В Парижском дворце спорта, под величественным куполом из тысячи алюминиевых панелей, в центре катка скользила одинокая фигура. Стройный темноволосый юноша рассекал на коньках по белоснежному льду, с полузакрытыми глазами мчался вперёд, держа спину идеально ровно и стараясь сохранить на лице милую улыбку. Его иссиня-чёрные волосы по краям были закреплены двумя невидимками, а взгляд чёрных, как бархат ночи, глаз устремлён в неизвестность. Время в Париже близилось к полудню. С самого утра, когда каток обычно пустовал, этот парень работал над прыжками и поворотами, доводя свои движения до совершенства. Собравшиеся на трибунах люди замерли в ожидании, напряжение звенело в воздухе. Пространство под куполом стадиона заполнила прекрасная музыка, исполненная на клавишном инструменте. Звуки её не резали слух и стремительно разливались на всю площадь катка. Закрывший глаза, слушая эту музыку, мог представить себе моросящий в пасмурную погоду дождь; редкие, выглядывающие сквозь тёмно-серые тучи солнечные лучи освещали его падающие капли. Эта музыка очень подходила характеру фигуриста: в нём тоже сочетались солнечный свет и холод пасмурного дня. Черноволосым красавцем был знаменитый на весь мир Учиха Саске, член известнейшей и богатейшей семьи во всём Токио и за его пределами. Восемнадцатилетний фигурист, покоривший всех своим талантом, харизмой, невероятной гибкостью тела и, особенно, красивыми чертами лица. Родился Саске в Токио, но родители ещё в детстве увезли его в Париж, и уже здесь мальчик стал заниматься фигурным катанием, стремительно развиваясь и зарабатывая известность. И, взрослея, этот «монстр» прогрессировал во всём — он приобрёл мировую славу как лучший молодой фигурист, а также «красавец» и «сердцеед», как его величали в прессе.
 Саске, снова себя нагружаешь? — донеслось до брюнета из-за спины. Обернувшись, Саске увидел высокого крупного парня в чёрном костюме, который прислонился к бортику, скрестив руки на груди. Его волосы, обычно торчащие во все стороны, были зачёсаны назад и собраны в тугой маленький хвост. «Фирменная» улыбка брюнета превратилась в беззлобную ухмылку.
 Саске, уже порядочно уставший от долгой тренировки, снизил скорость и медленно, изящными движениями выгнул свою спину в очередном вращении, а после замер на середине катка в завершающей номер позе. Пот застилал парню глаза, дыхание было тяжёлым и прерывистым, а ноги дрожали и гудели так, что были готовы, как верёвки, разъехаться в разные стороны. И всё же Саске чувствовал удовлетворение.
 — Джуго, ну как? На этот раз всё отлично? — Лицо парня засветилось от радости и переполнявшей гордости.
 — Да-да, всё отлично. Езжай быстро сюда.
 Неспешно, практически «вальяжно», покачивая стройными бёдрами, Саске направился к бортику с проходом. Держа фирменную улыбку и напоследок помахав рукой сидящим на трибунах зрителям и другим фигуристам — чтобы и те, и другие помнили, кто здесь лучший — Саске сошёл со льда, поддерживаемый Джуго за руку, и вместе они направились к раздевалке. Спрятавшись от посторонних глаз, Саске смог расслабиться: с лица его исчезла улыбка, а на смену пришло выражение усталости и отчуждённости.
 — Тебе не стоит делать такие сложные программы, дай своему организму ещё немного времени, — снимая с Учихи-младшего коньки, сказал рыжий.
 — Да. Спасибо. И вообще коньки я мог снять сам.
 — Да ладно тебе. Я же твой телохранитель, и это тоже моя обязанность.
 — Пф. Твоя обязанность защищать, а не нянчиться со мной.
 Джуго ничего не ответил — раздумывал, что ещё спросить, или не решался задать интересовавший его вопрос, но тут у Саске зазвонил телефон, и блондин, в надежде прекратить неудобный разговор, не глядя, ответил на вызов.
 — Да, — произнёс он безразличным голосом.
 Саске, ты маленькая мразь! — ударило ему по барабанной перепонке. От неожиданности Саске слегка подпрыгнул на месте, чуть не задев коньком Джуго. — Где ты шляешься? Почему не в Токио? Да я тебе твои коньки, знаешь, куда засуну?! — Раскрасневшийся Саске не знал, куда деваться от этих нападок брата или что на них ответить — парень всегда терялся, когда Итачи, обычно крутой старший брат, весёлый, хоть и со своеобразным чувством юмора, и всегда поддерживавший его, начинал вот так браниться. Но тут Саске почувствовал, как ему на плечо опустилась большая ладонь. Он посмотрел на Джуго. Тот ободряюще улыбнулся ему, а на лице брюнета снова появилась ухмылка. Саске, уловив паузу, когда Итачи набирал воздух в лёгкие для следующей тирады, выпалил на одном дыхании.
 — Аники, я же сказал, что мне не интересен твой концерт.
 — Ах, вот как!.. Значит, тебе плевать на любимого старшего брата? — уже совершенно другим тоном, будто уточняя, спросил Учиха-старший.
 — Итачи, у тебя полно фанатов и без меня, — объяснял Саске брату тоном взрослого, уставшего от капризов ребёнка, — а у меня тренировки, мне нужно набрать форму… и вообще я занят поисками сам знаешь кого...
 — Да знаю я, — усмехнулся в трубку Итачи. — Но, всё-таки, почему ты не приехал? Я ведь такой подарок для тебя приготовил. — При этих словах Саске нервно засмеялся.
 — Аники, сам знаешь, в этом мире я хочу получить только одно, — без тени иронии в голосе проговорил брюнет, «стеклянным» взглядом уставившись в пустоту перед собой: Джуго, закончив с развязыванием коньков, без слов присел на скамейку рядом с Саске. — Ты действительно думаешь, что какой-то приготовленный тобой «подарок» может мне угодить?
 — Ха, этот точно сможет! — - Саске не видел лица брата, но зато очень хорошо знал его характер, и поэтому брюнет с уверенностью мог сказать, что Итачи сейчас улыбается. Глаза Учихи-младшего немного заблестели.
 — Что это значит?
 — Узнаешь, когда приедешь в академию Коноха в Токио!

 Япония, в это же время.
 Ночной Токио шумел и ликовал, концерт «Акацуки» только вошёл в свою полную силу: со сцены звучали динамичные «громкие» песни. Звуки гитарных рифов заполняли всё вокруг, заставляя слушателей Токио завороженно глядеть на сцену, двигаясь в такт музыке, периодически вскидывая руки к небу и «взрываясь» аплодисментами и криками, не щадя своих и чужих ушей.
 Где-то в толпе, рядом с друзьями, стояла Хината, которая уже как «битый час» пыталась дозвониться до старшего брата. Из-за гаммы нахлынувших положительных эмоций девушка так сильно увлеклась, что забыла обо всём на свете — даже то, что где-то здесь находятся её любимый брат Неджи и лучший друг Тонери. И теперь, как не пыталась девушка связаться с братом, Неджи не отвечал на звонки.
 Хината, — громко окликнул её чей-то голос. Девушка обернулась.
 Киба-кун.
 Хината, мы тут с ребятами решили после концерта пойти в караоке. Не хочешь составить нам компанию? — спросил парень, на силу перекрикивая звуки музыки и ликование толпы.
 — Караоке? Ну, я бы с радостью, но...
 — Ну, пошли, Хината! — просила Темари. — Наруто тоже с нами идёт! И как раз ещё не позднее время.
 — Соглашайся, Тихоня, — просил уже Наруто. — Я обещал вернуть тебя домой — я и верну. А то, что мы приедем на полчасика позже — не беда, я искренне попрошу прощения у твоей мамы и возьму всю вину на себя.
 — Ну что ты, Наруто-кун… — уже засуетилась девушка. А затем невольно задумалась. — Хорошо. Идём в караоке. Только я ненадолго. И я рассчитываю на тебя, Наруто-кун, что ты доставишь меня домой в целости и сохранности.
 — Не волнуйся, иначе и быть не может! — широко улыбнулся блондин.
 После этого разговора друзья, окружённые толпой поклонников — таких же, как они — послушали ещё несколько оглушающих песен группы, заставляющих кровь кипеть, а ноги — скакать против воли. «Акацуки» в самом деле решили закончить своё выступление очень громко, в стиль своим песням: уже поклонившись своим фанатам под громкие гул и аплодисменты, музыканты, не двигаясь, стояли на сцене, и в этот момент колонки, находящиеся по бокам площадки, взорвались, будто бомбы, а затем пространство вокруг музыкантов заволокло густым дымом, спрятав их так, что оставались видны лишь силуэты. Неожиданно из тумана в небо взмыли яркие красные искры, большим облаком рассыпавшись на чёрном небе, затмевая свет звёзд. Разумеется, это была тщательно разработанная постановка для более мощного завершающего эффекта. И когда слушатели смогли оторвать взгляд от неба, они посмотрели на сцену, где почти рассеялся дым , и поняли, что площадка опустела. Над головами зрителей пронеслись возгласы удивления — ведь некоторые фанаты, зная о такой манере завершения концертов, специально смотрели на сцену, но так и не смогли увидеть, как музыканты уходят. Будто те и в самом деле растворились, стали тем же туманом. Секунды затишья — и крики и аплодисменты благодарной толпы разорвали окружающее пространство. Хоть их кумиры уже испарились, фанаты надеялись, что до них донесутся их чувства любви и благодарности за один из счастливейших вечеров в их жизнях.
 Постепенно шум на площади утихал, а люди начинали расходиться, делясь впечатлениями о концерте и воздавая хвалу музыкантам. В толпе можно было невооружённым глазом увидеть «особо впечатлительных» поклонников, которые разделились на два типа: кто-то в компании друзей скакал и кричал слова песен на всю округу, попутно признаваясь в любви к участникам группы, а кто-то, не в силах сдержать эмоции, плакал, утешаемый «товарищами по счастью». Компания друзей из Конохи мерным шагом, повинуясь течению толпы, направились в сторону ближайшего караоке, наперебой обсуждая концерт и споря, какая песня самая лучшая и кто в группе «круче всех сегодня отыграл». Разумеется, это бы не тот спор, который может перейти в конфликт и, тем более, драку. Это было похоже больше на дружескую дискуссию, только на повышенных тонах, зато так ребята смогли поделиться эмоциями и «разгрузить голову».
 Их поход до караоке занял двадцать минут. Вместе «скинувшись», ученики академии заплатили за посещение заведения. Молодые люди вошли внутрь небольшой комнаты, в которой их компания вполне удобно разместилась.
 — Вау! Как здесь красиво! — восхищённо произнесла Темари.
 Светлые стены помещения были плотно увешаны плакатами разных групп, знаменитых сегодня и в прошлом; вдоль стен расставлены чёрные мягкие диваны, а по центру стояли небольшие столики для напитков и закусок. Но самым привлекательным в этой комнате был огромный светящийся плазменный телевизор, возле которого лежало три микрофона, готовых к работе. Полистав библиотеку песен, пестрящую разнообразием выбора, ребята поняли, что им есть, где разгуляться, и что на каждого найдётся песня, чтобы «опозориться». Вся эта красота заставила коноховцев затаить дыхание, в который раз обводя комнату взглядом.
 — Ага, отличная комната! Ну, кто начнёт петь? — ухмыляясь, обратился ко всем Киба.

***

 Аэропорт Парижа. Самолёт " AF276".
 — Что? Почему я должен лететь в одном самолёте с простолюдинами? — раздражённо крикнул Саске на весь аэропорт, привлекая к себе взгляды некоторых людей.
 — Тише ты, бестолочь! — зашептал ему Джуго, закрыв рот Учихи-младшего своей ладонью. Темноволосый парень вперился взглядом в своего телохранителя, надеясь то ли сжечь последнего прямо тут, то ли просверлить дыру в голове. Но у Джуго за время, что он провёл с Саске, уже выработался иммунитет на все его взгляды и проявления «колючести» характера, так что желаемого капризным парнем эффекта не последовало. — Ты же сам сказал, что не хочешь привлекать внимание репортёров.
 Мысленно соглашаясь со словами парня, но не желая это признавать, Саске размашистым ударом скинул ладонь рыжего со своего лица. — Заткнись и пошли. — Саске, больше ничего не сказав, развернулся и уже сделал несколько шагов, как резко остановился и бросил за спину нервное и «надутое»: — Куда идти-то? — Абсолютно не удивившись такому повороту, Джуго незаметно, как он надеялся, ухмыльнулся собственным мыслям, а рукой указал Саске направление к их выходу на посадку. Саске, только хмыкнув, пошёл в указанную сторону, Джуго неслышно следовал чуть позади брюнета. В зале ожидания там и тут разместились пассажиры, ожидающие свой рейс и занятые своими делами: кто-то мирно спал, закутавшись в плащ, кто-то читал газету или «зависал» в телефоне. Пара детей от скуки носились туда-сюда по залу, развлекая себя и раздражая других. Но когда ты беззаботный ребёнок, мнение окружающих имеет для тебя последнее значение. А раз родители не ругают, то можно и побесноваться. К тому же всем предстоит длительный перелёт, так что детям лучше наиграться сейчас, чтобы в самолёте быть «паиньками». Саске без интереса наблюдал за окружающей его обстановкой, а затем непроизвольно глубоко вздохнул и погрузился в собственные мысли. Мысли о прошлом… и будущем. Джуго, искоса наблюдая за своим подопечным, понял, что тот «ушёл в себя», и не решился беспокоить брюнета разговорами. Потом, успеется. Так, в молчании, погружённые в свои думы, двое парней просидели в зале ожидания около часа, чтобы затем, услышав объявление о начале посадки, простоять ещё полчаса в очереди и подняться на борт их самолёта.
 В самолёте людей встречали приветливые стюардессы, провожая их внутрь и, если требовалось, помогая найти указанное в билете место. Саске смотрел на них и невольно задумался. «Наверняка им тоже всё надоело. Как же это сложно, постоянно держать улыбку на лице и говорить вежливо с каждым хамом или «назойливой мухой». Быть сдержанным, не перечить, «держать лицо» до последнего, пока челюсть не сведёт. И так всегда, день за днём, пока не полезешь на стену».
 — Это не приговор, — донеслось до Саске. Парень обернулся на голос Джуго, стоящего в проходе чуть впереди него.
 — А?
 — Это только работа, а не приговор на всю оставшуюся жизнь, — пояснил Джуго. Стоя в пол-оборота, его торчащие во все стороны волосы закрывали половину его лица. — Всем бывает тяжело, но важна не свалившаяся на голову проблема, а то, как ты её встретил. И в жизни есть не только притворство, но и время, когда ты можешь быть самим собой, настоящим.
 Саске в недоумении смотрел на рыжего парня.
 — Я сказал что-то вслух?
 — Нет, — качнул головой Джуго. — Я лишь предположил, о чём ты думал. Идём, наши места там, — закончил Джуго всё с тем же серьёзным выражением лица, указывая в направлении их посадочных мест.
 «Пф, ты всегда такой взрослый». Налетевшие на голову брюнета тучи будто сдуло мощными потоками ветра. Саске, ухмыляясь своим мыслям, ещё раз взглянул на стюардесс и мысленно пожелал перелёта без приключений и себе, и им. «Когда я могу быть настоящим… Этого я желаю больше всего».
 «Уважаемые пассажиры, пристегните ремни безопасности, наш самолёт готовится к взлёту», — послышалось по всему самолёту.
 «Фу, как жарко», — подумал про себя Учиха, плюхаясь на своё место, возле иллюминатора. На место слева от него сел Джуго.
 — Волнуешься, Саске? — неожиданно спросил телохранитель.
 — Из-за чего? — Брюнет, оторвавшись от окна, взглянул на парня.
 — Ну… завтра мы будем в Японии. Ты ведь не был в Токио уже как пять лет. — При этих словах Джуго невольно отвёл взгляд в сторону.
 — Хм, — только и донеслось от брюнета. «Ты не это хотел спросить, «Мистер Деликатность». А раз ты молчишь, то и я отвечать не желаю». — Давай сменим тему. Сколько нам лететь?
 — Ладно, — не стал допытываться Джуго. — Кажется, лететь чуть больше одиннадцати часов.
 «Одиннадцать часов жизни», — мысленно сокрушался Саске.
 — Не слишком ли всё быстро? — не унимался Джуго. — Ведь необходимо столько всего сделать, учесть все детали…
 — Я попросил родителей, к моему прибытию всё будет готово, — заявил брюнет тоном, означающим, что «разговор окончен». «Слишком быстро… Это продолжается уже слишком долго, что ты вообще понимаешь?»
 — Ладно. — Обычно сдержанный Джуго, почувствовав, что позволил себе вольное обращение с подопечным, мысленно успокоил себя и своё волнение. — Кстати, если ты боишься высоты, зачем выбрал место у иллюминатора?
 — Джуго, блин… — рыкнул на него Саске, у которого «кулаки зачесались» врезать по рыжей, слишком умной голове. — Потому что «важна не проблема, а то, как ты её встретил», понятно?
 Округлившимися глазами Джуго смотрел на брюнета, и уже собирался опять что-то сказать, как взял себя в руки и, лишь кивнув головой, уселся удобнее в кресле, уставившись вперёд или вникуда.
 Самолёт начал вибрировать, гул турбин заполнял пространство вокруг, плавно увеличивая свою громкость и давя на барабанные перепонки. Учиха нервно сжал подлокотники, так, что побелели костяшки пальцев. Через запотевшее стекло иллюминатора проглядывали размытые огни взлётных и посадочных полос аэропорта, а из-за горизонта неумолимо наступали сумерки, которые вскоре сменит всепоглощающая темнота, глубокая, словно дно океана. Джуго беспокойно смотрел на напряжённого Саске, вмиг потерявшего все краски лица, сменившего «аристократическую» бледность на «болезненную». Капельки пота тонкими дорожками стекали по вискам брюнета, очерчивая пульсирующую артерию на шее и скрываясь под воротом чёрной дизайнерской футболки с принтом. Глаза парня сейчас были плотно закрыты, а брови сведены к переносице, отчего между ними образовались морщинки, которые Джуго так и хотелось разгладить пальцем. Глубокий вздох вырвался из груди рыжеволосого парня, а руки неподвижно остались лежать на коленях. Саске справится с этим перелётом, говорил себе Джуго, ведь там, через одиннадцать часов, он найдёт свою «цель». Сам Джуго никогда не боялся высоты.

***

 Токио.
 Тёмно-серые облака заволокли небо, скрывая уже появившиеся, но тусклые звёзды, терявшиеся на фоне ярких огней города. Давно севшее солнце унесло с собой всё тепло этого весеннего дня, и люди, гуляющие в поздний час, почувствовали на себе прохладу ночи. С наступлением темноты Токио становится ещё привлекательнее. Город полностью трансформируется, его неоновые огни и даже тихие улочки с одним единственным фонарём меняют восприятие действительности, создавая ощущение нереальности происходящего. Будто из мегаполиса ты перемещаешься в мир голограмм и компьютерной графики. Жизнь в ночном Токио «кипит»: трудолюбивые японцы, желая отвлечься от рабочей суеты, заполняют яркие улицы, ночные клубы, бары, рестораны или лавки с уличной едой, культурно отдыхают с коллегами и напиваются с друзьями.
 Ученики Конохи, покинув караоке, направились по своим домам, «переваривать» события этого вечера и набираться сил для нового «дня за партой». Самые ответственные и усидчивые — такие как Гаара или Хината — из последних сил делали уроки, отправляясь спать значительно позже, чем обычно. Большинство их друзей, навеселившись и сильно устав, сразу бросились в объятья кровати, а завтрашний день и невыполненные уроки оставили на поручение своей удачливости. И лишь к одному из одноклассников сон не шёл от слова «совсем». Наруто, как обещал, привёз Хинату домой и с поклоном извинился перед её мамой за опоздание, на что та лишь посмеялась и махнула рукой, что-то говоря про «пользу бунтарства» для своей дочери и доверие, которое женщина чувствует по отношению к Наруто. Несчастная Хината, зардевшись, смогла лишь тихо стоять за спиной мамы, не смея поднять смущённых глаз на Наруто. А парню очень этого хотелось, ведь такая реакция девушки вызывала в его душе приятные чувства, которых он не испытывал очень давно. Ещё раз извинившись и пожелав семье Хьюга доброй ночи, Наруто сел в машину и скрылся за первым же поворотом. Однако, миновав дорогу, ведущую к его съёмной квартире, блондин поехал кататься по ночному Токио, на пустых участках дороги вдавливая педаль газа в пол. Скорость помогала развеять тревожные мысли, которые преследовали парня даже в такой хороший день, насыщенный позитивными эмоциями.
 Ему не хотелось находиться в пустой квартире.
 Наруто всегда, как мог, оттягивал своё возвращение в эти «холодные» стены, где чувствовал себя потерянным и ненужным, отделённым от всего мира против своей воли. Раньше парень пропадал на съёмочных площадках, интервью и фотосессиях, а теперь, когда на работе наступило вынужденное «затишье», ходил в кино, выбирая самые многолюдные сеансы, и посещал ночные клубы, где он мог перестать «слышать себя», заполняя голову сторонним шумом. Наруто, помня о своём статусе, всегда вёл себя прилично, не напивался и не ввязывался в драки, затаившись на последних местах в кинозалах и прячась в укромных местах клубов. За годы карьеры он научился маскироваться, и этой способностью он никогда не пренебрегал. Всё, что было нужно парню — это людские эмоции, в которых он мог «раствориться». Но иногда одиночество настигало его даже в толпе. И в такие моменты Наруто катался по городу на машине, как и сейчас. Метро он избегал наотрез — оно давило на него своей аурой скованности и отчуждённости, да и мысли о замкнутом пространстве метро, слишком переполненном людьми, пугали парня: когда от тебя ничего не зависит и приходится повиноваться людскому течению, поездам, следующим чётко по расписанию, и дороге, проложенной рельсами. Его пугала невозможность выбора.
 Поэтому, когда у Наруто появились средства и возможности, он получил права и купил себе личный транспорт. И ещё ни разу об этом не пожалел. Сейчас, ведомый случайными поворотами, Наруто остановился недалеко от набережной реки Сумида, откуда открывался прекрасный вид на один из знаменитых символов Токио — телебашню Tokyo Skytree, серебряной иглой пронзающую ткань небес. Завороженный её сиянием во тьме ночи, парень уносился далеко от реальности, в глубины собственного сознания, погружаясь в него всё сильнее, будто в зыбучие пески раскалённой пустыни. Наруто стоял, прислонившись к капоту своей машины, не чувствуя холода ночи, спрятав руки в карманы свободных штанов. Стоял очень долго, вдыхая холодный воздух, от которого дыхательные пути и лёгкие будто кололи маленькие иголки, чего блондин абсолютно не замечал. Выражение лица парня постоянно менялось, отражая внутренние переживания. Иногда с приоткрытых губ Наруто срывался тяжёлый вздох, навсегда терявшийся в мерном плеске вод Сумиды и далёком гуле проезжающих по дорогам машин.
 Неожиданно у блондина защекотало в носу, и собственный чих вывел парня из размышлений. Вздрогнув и «очнувшись», Наруто поёжился от неожиданного холода, охватившего всё тело, по которому пробежали толпы мелких мурашек. Пальцы на руках и ногах парня, как оказалось, уже давно окоченели, губы были ледяными и начали трескаться. Ошарашенный парень со скоростью молнии метнулся к двери машины и замёрзшими пальцами открыл дверь, чтобы запрыгнуть на водительское сиденье и включить печку.
 — Вот это покатался, блин! — причитал сам себе блондин, растирая руки, и, сердясь на медленно работающую печку, отогревал пальцы своим тёплым дыханием. Дрожащей рукой парень потянулся к внутреннему карману рубашки, чтобы достать телефон и узнать, сколько же времени от «проторчал» на берегу. И в этот момент его внимание привлёк значок о непрочитанном сообщении, разместившийся в углу экрана, который нещадно слепил отвыкшие от слишком яркого света глаза. Оказалось, сообщение пришло ещё во время концерта, но как можно было обратить внимание на обычное телефонное «пи-лим» в царившем там шуме, когда даже собственные слова было тяжело услышать.
 Беглым взглядом пробежав по тексту сообщения, на лице блондина появилась лёгкая ухмылка, а по салону пронёсся вздох облегчения.
 — Свою работу они знают, даже денег не жалко, — высказался вслух самому себе Наруто, пряча телефон обратно в карман и устремляя взгляд голубых глаз вдаль, на возвышающуюся телебашню. — Лишь бы это закончилось…

***

 Токио, следующий день.
 В аэропорту самолёт из Парижа заканчивал свою посадку. Шум турбин, по мере торможения, начинал стихать, но гул и свист продолжали звучать в ушах пассажиров. Радость и облегчение наполнили сердца летевших людей - ведь долгий утомительный полёт успешно завершён. Но стоило пассажирам подняться со своих мест и потянуться за «ручной кладью» в багажных отсеках, как их головы вновь заполнили суетные мысли, сопровождающие их каждый день жизни. Покинув воздушное судно, каждый из прителевших отправится по своим делам, ради которых совершил это длительное путешествие: деловая встреча, воссоединение с семьёй, туризм, встреча с друзьями или любимым человеком. Так или иначе, в сердцах людей теплилось воодушевление. Практически у всех. Недовольный перелётом брюнет был хмур и очень зол. Сейчас его беспокоили только затёкшая задница и дискомфорт в пояснице, а ещё тупая боль, давящая на череп юноши изнутри, будто мозг готов взорваться, как переспелый виноград. Весь полёт Саске мучали тревожность и напряжение, от чего и сон получился беспокойным и прерывистым. А как быть спокойным, когда висишь в металлической «махине» на высоте больше десяти тысяч метров над землёй! Вначале парню даже понравилось лететь: из иллюминатора открывался прекрасный вид на огни больших городов, накрывающих землю, как большое одеяло, сотканное из галактик и отдельно рассыпавшихся звёзд. Брюнет даже не отказал себе в удовольствии сделать пару фотографий. Но на смену очарованию быстро пришли страх и паранойя, свойственные людям, которые боятся перелётов. Джуго, как мог, пытался успокоить Саске, заверяя, что полёт обязательно пройдёт хорошо, что беспокоиться не о чем, и это дало какой-то эффект. Совсем небольшой. Но оба парня понимали, что тревожное состояние связано не только с перелётом, но и с тем, что и кто будет по ту сторону выхода из аэропорта Токио. Когда Саске отказался от пары таблеток успокоительного, Джуго рискнул предложить ему выпить, сомневаясь, что парень согласится. И оказался прав: пусть страх и был силён, Саске помнил о спортивном режиме. Это тоже восхищало в нём Джуго, помимо прочего. Так что, когда самолёт наконец-то выпустил шасси и приземлился на землю, парни выдохнули, словно тяжкий груз упал с их плеч.
 Без суеты, в порядке «живой очереди» выйдя из самолёта, Саске спустился по трапу и полной грудью вдохнул прохладный воздух с примесью запаха авиационного топлива, и вдруг улыбнулся. Твёрдая земля под ногами определённо придала ему сил! Он вдруг ощутил такую уверенность, что даже перестал волноваться о встрече.
 — Машина уже ждёт, нас отвезут в гостиницу, — отчеканил Джуго, следуя за Саске. — Нужно только забрать багаж.
 — Ха, отлично! — В голосе брюнета ощущались предвкушение и азарт. — Тогда быстро в гостиницу, и сразу в Коноху!

***

 Этим утром на ещё спящий Токио опустился густой туман, скрывая огни большого города внутри себя, как голодный монстр из древних легенд заглатывает морские судна. У людей, оказавшихся так рано на улицах, сердце невольно пропускало удар, а говорить хотелось лишь шёпотом, и было непонятно, пугало их такое явление или завораживало. И только лучи рассветного солнца смогли освободить жителей из «облачного плена». Стремительно исчезая, туман уступал место теплу нового дня.
 К главным воротам академии подбегала запыхавшаяся брюнетка: устав после вчерашнего вечера, девушка не услышала будильник и проспала, пришлось наспех собираться и мчаться на учёбу, даже не позавтракав. Звонок вот-вот должен был зазвенеть своей мерзкой трелью, оповещая учеников о начале урока. Хината, немного сбавив скорость, поправляла свою форму, стараясь придать себе нормальный вид, как вдруг его окликнули:
 Хината! Охайо! — К девушке неспешным шагом приближался Узумаки Наруто, кажется, совсем не думавший об опоздании.
 — Доброе утро, Наруто-кун, — улыбнулась ему девушка. — Почему ты не торопишься на урок?
 — А что, скоро звонок? — Брови парня изогнулись от удивления.
 — С минуты на минуту, — кивнула Хьюга.
 — Хм, тогда почему ты ещё здесь? — широко улыбнулся Наруто и, приблизившись, схватил брюнетку за руку и побежал к зданию. — Таким ответственным девушкам, как Тихоня, нельзя опаздывать!
 Наруто-кун, осторожнее, упадём! — восклицала девушка, переводя взгляд с дороги на парня и обратно, и бежала так быстро, как могла.
 — Не волнуйся, Тихоня, я не дам тебе упасть! — Заливистый смех блондина, казалось, был слышен на всю территорию академии. Жар от ладони Наруто передавался Хинате и доходил, как думала девушка, до самых кончиков ушей. Или же это был её собственный жар.
 Со звонком двое «влетели» в кабинет, за секунду до этого разомкнув руки — ни к чему лишние разговоры среди одноклассников.
 — О, вот и вы, ребята. — Гаара улыбнулся друзьям краешками губ, отвлекшись от книжки. Остальные парни просто кивнули. Девушки, влюблёнными взглядами смотрящие на Наруто, в знак приветствия помахали ручками или отправили воздушные поцелуи, которые были проигнорированы.
 На удачу опоздавших, учительское место пустовало, и «соседи», сопровождаемые любопытными взглядами, в молчании прошли к своей парте.
 Половина всех уроков прошла как обычно, и время уже близилось к обеду. В коридорах прозвенел звонок с урока. Расслабившиеся ученики перебрались из одного кабинета в другой и занялись своими делами: кто-то болтал, некоторые, бросив вещи, выбежали из кабинета в направлении столовой. Хината не смогла себе отказать в покупке сладкой булочки, чтобы наполнить недовольно урчащий желудок, мучавший девушку всё утро. Вернувшись в класс, Хьюга осмотрелась: Темари и Гаара на своих местах читали книги, Сай рисовал в альбоме, который он сегодня захватил из дома, остальных учеников либо не было, либо они разбрелись по «своим компаниям». Хината, доедая булочку, приготовила всё необходимое для физики. А затем посмотрела на Наруто. Блондин мирно спал на своём месте.
 Девушка невольно засмотрелась на своего соседа. Голова была опущена на сложенные перед собой руки, плечи поднимались и опускались в такт дыханию, веки слегка подрагивали, и тихое сопение доносилось до слуха девушки. Сейчас, когда суматоха утра была позади, Хината обратила внимание на мешки под глазами Наруто, а потом вспомнила, как в течение утра парень несколько раз «клевал носом».
 «Интересно, почему Наруто-кун такой сонный?»
 А потому, что парень так толком и не спал этой ночью: в свою квартиру он вернулся только с рассветом, подремал несколько часов, а затем, взбодрившись под холодным душем, отправился в академию, по дороге давясь ещё горячим кофе. Напиток дал свой эффект: первые два урока блондин держался, а потом силы начали постепенно покидать его, а мозг требовал заслуженный сон. В итоге Наруто всё же сдался, расположившись на парте, которая, после бессонной ночи, была для него удобнее любой кровати.
 Хьюга, не зная ответа на свой вопрос, всё равно сочувствовала парню. При этом, где-то в душе, ей было приятно увидеть такую сторону Узумаки Менмы, всем известного как Наруто.
 Пока Хината изучала лицо парня, его глаза неожиданно распахнулись, от чего девушка даже немного подпрыгнула на своём месте.
 — Ох, ты напугал меня, Наруто-кун, — тяжело вздохнув, с неловким смехом проговорила девушка, и сразу замолчала. Блондин немигающим взглядом смотрел сквозь широкое окно кабинета на улицу, где разбушевавшийся весенний ветер раскачивал ветви деревьев, от чего с тех упало несколько зелёных листочков. Плавно, в красивом танце, листья опускались вниз, чтобы долететь к земле и навсегда остаться там, в тени дерева.
 Хината, — неожиданно произнёс блондин монотонным, ещё сонным голосом.
 — Да?
 — Ты знаешь, какой сегодня день?
 Задумавшись, что в сегодняшнем дне могло быть особенного, Хьюге так и не пришло ничего в голову.
 — И какой же?
 — Сегодня последний день цветения Сакуры, — тяжело вздохнув, ответил парень. — Теперь цветы начнут опадать, даже от лёгкого ветерка. Это так красиво, правда? Их лепестки будут кружиться по воздуху, всё вокруг будет усыпано цветами, будто снегом, только розовым. Розовый снег, здорово, правда? — Улыбка расцвела на лице Наруто, тёплая и нежная, как лучик солнца. Но в голубых глазах парня читались грусть и тоска. - Но мне так жаль деревья, ведь они теряют эту красоту... — Парень на минуту замолчал, переводя взгляд на чистое небо. - Столько времени прошло с тех пор, как я встретил его... — пробубнил он тихо, но Хината всё же услышала это.
 — Кого?
 Но ответа девушка не получила: тяжёлые веки Наруто опустились, и блондин снова провалился в сон.
***

 Тем временем Кимимаро шёл по коридорам академии со своими подругами — можно даже сказать, «с кланом». Ино и Карин улыбались, видя, как на них оборачиваются парни из других классов. Сакура шла со скучающим видом.
 Сакура, ты чего такая невесёлая? — поинтересовался Кимимаро.
 — Ничего. Просто настроение нет.
 — Ребята, а давайте сегодня соберёмся у меня? Сакура, может, это сможет поднять тебе настроение? — предложила Карин, уходя вперёд своих собеседников и тут же остановилась, и не заметившая этого Сакура врезалась в её спину.
 — Карин, ты чего? — потерев ушибленный нос, удивлённо спросила Харуно.
 — Там... — шепнула красноволосая. Щёки девушки зарумянились, а глаза мечтательно засияли. Девушке стало трудно дышать, так что пришлось вдыхать через рот. — Там... ангел.
 Две девушки обернулись на того, к кому был прикован взгляд Карин, и увиденное застало их врасплох. Там действительно был ангел, лёгким шагом идущий по недостойному такой чести коридору.
 Задрожавшая всем телом Ино готова была упасть в обморок от такой ослепительной красоты, а Сакура застыла как вкопанная, разглядывая брюнета, и только горящие глаза выдавали её восхищение. «Он похож на Итачи, только прекраснее», — пронеслось в голове у Сакуры, хотя девушка не услышала собственную мысль за всеми внутренними восклицаниями и ликованиями. Стоявший позади девушек Кимимаро будто с безразличием наблюдал за парнем, однако в глубине его глаз мелькали подозрительность и настороженность, какие появляются у хищников, когда другой хищник пытается проникнуть на его территорию.
 Саске шёл по коридору, стараясь не обращать внимания на заинтересованные взгляды и раздражающие перешёптывания. За младшим Учихой бежали несколько девушек: каждая из них надеялась на внимание блондина, спрашивая у красавчика его имя и номер телефона, но парень, игнорируя их назойливость и бесцеремонность, сосредоточенно продолжал идти дальше.
***

 К спящему блондину со спины подошла Темари. Остановившись около Узумаки, девушка начала трясти его за плечо.
 — Просыпайся, Наруто. Ты же не хочешь проспать весь урок? — усмехнулась блондинка, тряся парня немного сильнее. — Неужели на тебе так отразился вчерашний вечер?
 — Оставь его, Темари, — без стеснения и без злобы в голосе попросила Хьюга. — Всё равно Какаши-сенсей всегда опаздывает. Пока есть время, пусть Наруто-кун ещё немного поспит. — «А ведь действительно, разве можно было так сильно устать вчера?»
 — Ладно, — сдалась Темари, скрестив руки на груди. — Кстати, Хината, ты дашь мне следующий том книги, что дала неделю назад?
 — Хорошо, завтра принесу, — ответила Хината, мило улыбнувшись.
 В кабинете послышался стук закрывшейся двери, на который сначала никто не обратил внимания — наверное, кто-то из одноклассников зашёл. Но постепенно, по мере того, как взгляды обращались в сторону двери, голоса в кабинете начинали затихать, а затем и вовсе смолкли — только оттуда, где сидели девушки, послышались удивлённые возгласы и вздохи. У входной двери стоял неизвестный парень. И пока девушки выражали восхищение, одноклассники-парни молча уставились на незнакомца: на их лицах застыли недоумение и подозрение, а внутри просыпалась готовность «пустить в ход кулаки» — мало ли, какой «неадекват» к ним пожаловал, нужно готовиться к худшему. Хьюга огляделась, но никакой знакомой ей звезды — или того, на кого можно было так реагировать — не обнаружила: только темноволосого парня, к которому были обращены все взгляды. И хотя про себя девушка отметила его привлекательность, всё же подобная реакция оставалась для неё непонятной.
 — Чего это они? — девушка с полным непониманием смотрела на подругу. Темари от удивления рот раскрыла, а брови взметнулись вверх.
 —Ты что, приглядись получше! Посмотри, какой красавец зашёл в класс! — Глаза блондинки как-то изменились — потеплели и немного заискрились, что ли.
 — И всё? — удивлённо спросила Хината.
 — А разве этого мало? В нашей академии нет таких красавчиков, почему бы не «поглазеть»? — ухмыльнулась Темари, пожимая плечами, как будто сказала что-то очевидное. — Вот только лицо у него знакомое… — добавила девушка.
 Хината перевела взгляд на объект всеобщего внимания и причину суматохи. Парень всё так же стоял у двери, только теперь окружённый толпой девчонок. «И как они могут так легко подойти к незнакомому парню?» Присмотревшись, девушка поняла реакцию одноклассниц: да перед ними парень самой настоящей аристократической внешности! «И такие ещё встречаются?» Высокий рост, стройная фигура; бледная, не тронутая загаром чистая кожа — будто парень выточен из лучшего мрамора искусным скульптором — давала великолепный контраст с иссиня-чёрными волосами. Обрамляющие точёное лицо, на затылке они же торчали в разные стороны, словно иглы. На лице не отражалось ни одной эмоции, но глаза то и дело метались по кабинету, туда-сюда, будто в поиске. Парень вёл себя сдержанно и отстранённо, в его манере держать осанку проскальзывало то ли достоинство, то ли высокомерие. Все щебетанья и визги девушек, окруживших его, брюнет пропускал мимо ушей. Хината ещё раз осмотрела парня и непроизвольно хмыкнула.
 «Действительно, красив, чем-то похож на Итачи. Вот только… Что-то в нём есть и от Кимимаро,» — пронеслось в голове у девушки.
 За этим шумом никто не заметил, как дверь снова открылась и в неё влетели три запыхавшиеся подруги: увидев брюнета в коридоре, их настиг такой ступор, что девушки на время потеряли парня из виду, а, опомнившись, помчались со всех ног на его поиски, обвиняя друг друга в нерасторопности и «тормознутости». То, что этот красавчик зашёл именно к ним, девушки посчитали настоящим везением.
 — Привет, вот ты где! А как тебя зовут? Мы тебя раньше здесь не видели, ты новенький? — сбивчиво протараторила Сакура, пытаясь заглушить голоса других девушек, при этом остаться миловидной и доброжелательной. Позади неё одноклассницы взволнованно смотрели на красивого незнакомца, едва сдерживая гнев, что Сакура их перекрикивала. Ещё больше их взбесило то, что брюнет ей ответил:
 — Я ищу кое-кого. Мне нужен класс А1.
 Лицо парня оставалось всё таким же спокойным. Сакура воспользовалась тем, что парень всё продолжал взглядом осматривать кабинет, и ловким движением расстегнула две верхние пуговицы блузки и расправила волосы.
 — О, какое совпадение! — вскрикнула девушка, выпятив грудь вперёд. — А мы и есть класс А1!
 — Хм, вот оно как... — задумчиво протянул брюнет, когда его взгляд остановился на одной парте. На той, за которой сидела Хината, но смотрел он точно не на неё.
 Саске потихоньку распихал заигрывающих с ним девушек и направился к «заветной» парте. И нужно же было Наруто проснуться и сесть именно в этот момент, толком не разлепив сонные глаза! Парень даже не понимал, что происходит вокруг, его просто разбудил шум! Никто не успел среагировать, когда брюнет неожиданно занёс правую руку и ударил ничего не подозревавшего Узумаки в лицо кулаком. Тот, совсем не ожидавший этого, вылетел из-за парты, с глухим стуком приземлившись на пол. Всё произошло за доли секунды.
 Все присутствующие пребывали в шоке от увиденного — драка без причины, к тому же кто-то ударил идола всего Токио! В первый раз ученики пожалели, что учитель опаздывает — при Какаши-сенсее такого бы не произошло. Девушки, обычно драматизировавшие даже сломавшийся ноготь, молча стояли посреди класса. Хината и Темари так и застыли на своих местах. Те немногие из парней, кто быстрее пришёл в себя — Гаара, Ли и Шикамару — кинулись на брюнета, схватив того за грудки и заломив руки за спину, тем самым обездвижив.
 — Совсем спятил!.. — вырвалось у Шикамару.
 Неожиданно Наруто резко подорвался — после такого удара, заставшего врасплох, оклематься не так уж просто! — и завопил:
 — Больно! Больно-то как!
 Наруто! — К Узумаки подскочил Гаара, оставив, мягко говоря, «странного» парня на двоих товарищей, и помог тому подняться с пола, а после перевёл взгляд на брюнета. — Ублюдок, ты чё творишь?
 — От "Кулака Любви" защиты нет! — с жестокой улыбкой «победителя», заигравшей на губах, сказал Саске. — Давно не виделись, Менма.
 Широко раскрыв глаза от донёсшегося до слуха голоса, Узумаки, шатаясь и держась за лицо, поднял взгляд на схваченного парня, стоявшего перед ним. С ошеломлённым выражением лица он смотрел на того, кого не ожидал увидеть.
 — Что, даже не поздороваешься с «другом»? - Злоба и обида жгучим ядом растеклись в голосе Учихи.
 Того, кого здесь не должно быть.
 — А вот я соскучился! — Слова, понятные только им двоим, ледяными иглами кололи тело и душу Наруто, открывая только начавшие затягиваться раны и тревожа похороненные воспоминания.
 О том, от кого блондин прятался на протяжение двух лет.
 Саске? — на выдохе прошептал Наруто, не веря своим глазам.
 Время, казалось, замедлило свой ход - несколько секунд никто из учеников не издавал ни звука. До сих пор в стенах кабинета происходило то, чего никто не понимал, но теперь, услышав имя парня, до собравшихся здесь начинало медленно «доходить» хоть что-то — как часовой механизм в старых часах борется против стёртости своих деталей и, с перебоями, всё же восстанавливает правильную работу — «доходить», чтобы затем по кабинету раздалось громкое, синхронное и, в основном, девичье:
 — ЭТО УЧИХА Саске?!
 Восклицание получилось настолько слаженным и выразительным, что его отзвуки вырвались из кабинета и эхом бродили по коридору ещё некоторое время. Можно невольно задуматься, а не репетируют ли девушки такую синхронность для случаев из разряда «а вдруг»? Удивление и озарение читались на лицах учеников класса А1. На самом деле, большинство собравшихся в классе знали услышанное имя.



Прочитали?
1
Jin Kazama


Нравится!
2
Не нравится...
0
Просмотров
233
Оценка: 5.00 5.00 0 2
143 
 
 
 7


Поделитесь с друзьями:
Я вернулась...
Обложка
Автор: Мику куми
Жанры: Гет , Романтика , Драма , Ангст , Юмор , Повседневность , Первый раз, Учебные заведения .

Описание: Намикадзе Менма - знаменитая звезда телесериала и фильма "Наруто". Решив отдохнуть от своей шумной жизни, парень переезжает в Токио, под новым именем Наруто. На этом его жизнь не меняется, как этого ожидал сам парень. Из всего этого все же есть хоть что-то хорошее. В академии "Коноха" он влюбляется в девушку с очаровательными глазами.
Одобрил(а): Александр 8 дней назад в 21:22
Глава: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

1 комментарий

Только авторизированные пользователи могут писать комментарии
1   

Пользователь
UNDERTAKER ГРОБОВЩИК   8 дней назад в 23:012019-11-04 23:01:10
с возвращением автор)))

интересное у саске и наруто дружеское прывитанне, но как я понял что когда наруто узнал по голосу что это его друг то успокоился. Думаю что теперь будет весело раз его друг приехал


1   



Дизайн   Главная   Твиттер   ВКонтакте       English   БорутоФан.ру
Александр Маркин   Анастасия Чекаленкова  
Рейтинг@Mail.ru
Скрыть
Вниз
Ниже