Когда первые солнечные лучи проникли через окно в комнату, Наруто внезапно проснулся и резко поднялся с кровати. Он почти не сомкнул глаз всю ночь. За все свои восемнадцать лет он еще никогда не испытывал такой сильной тревоги. Казалось, что все прошлые события - война с Мадарой, конфликты с Саске, даже примирение с Девятихвостым - утратили всякое значение. Обычно он всегда знал, как поступить в разных ситуациях, а если и не был уверен, то всегда мог быстро придумать план действий. Но сейчас впервые он столкнулся с обстоятельствами, которые выходили за рамки его привычного мышления. Он почти не отдавал себе отчета в том, как попрощался с Саске, и едва обращал внимание на окружающих, пока шёл по деревне. Совсем скоро он оказался у входа в поместье Хьюга. В голове вертелась мысль: «Интересно, Хината уже отправилась на задание?» Наруто потерял счет времени, стоя у входа, и лишь шум открывающейся калитки вернул его к реальности. - Так и знала, что это ты, братишка Наруто! - воскликнула девочка, расслабляя свой бьякуган. Ханаби схватила Наруто за куртку и потащила во двор. - Постой-ка, даттебае! - воскликнул он. - Почему это? Отец приказал вести тебя к нему сразу после появления, - твердо заявила девочка. Её мучило любопытство: почему герой деревни так часто появляется возле особняка Хьюга? Конечно, она предполагала, что причина - ее старшая сестра, но ей хотелось узнать больше деталей. - Говорю, остановись! Резко взбешенный, Наруто попытался отстраниться, потянув руку назад, из-за чего Ханаби, крепко держащая его за куртку, рухнула ему на грудь. Недовольно он поставил ее на ноги. - Лучше оставайся здесь, я и сам прекрасно сориентируюсь. Ему не хотелось, чтобы эта малявка узнала подробности этого разговора. Ханаби надула губы в недовольстве. - Я всего лишь выполняю поручение отца, - фыркнула она. В глубине души Наруто подумал: «Ну конечно, он, скорее всего, вообще не в курсе происходящего». - Спасибо конечно, но я типа сам найду дорогу. Он ушел с раздражением, недовольный тем, что его поторопили, когда он еще даже не придумал, как начать разговор. Наруто медленно направлялся к кабинету Хиаши, опустив взгляд и нахмурив лицо. Его отца не было рядом, и он совершенно не был уверен в себе. Как правильно выразить свои чувства, что сказать в такой ситуации, как правильно представиться перед старейшинами. Все-таки речь шла о серьёзных отношениях и Хинате. Возможно, ему следовало бы попросить Ируку-сенсея сопровождать его. Пока он погружался в раздумья и медленно приближался к цели, его внезапно остановил голос мужчины. Он поднял взгляд и увидел, что прямо у двери кабинета Хиаши стоял Какаши-сенсей. -Какаши-сенсей? - с вопросом произнес Наруто, не ожидая увидеть именно Шестого. Мастер кивнул и сделал шаг в сторону Узумаки. - Поскольку это моя идея, - начал Хокаге, - было бы несправедливо оставить тебя одного в такой ситуации. К тому же, Наруто, это станет для тебя хорошей практикой. Пора научиться вести переговоры и достигать целей в отношениях с окружающими. Такой навык очень пригодится тебе, когда ты станешь Хокаге. Наруто сразу стало легче, словно с его плеч упала тяжесть. Теперь, когда наставник рядом, он стал чувствовать себя спокойнее. - Спасибо, Какаши-сенсей, - с широкой улыбкой сказал он. - Ну что ж, не теряем времени, нас ожидает битва, - заметил Хатаке. - Есть, даттебае! - с воодушевлением откликнулся Узумаки. Когда они вошли, Наруто снова сглотнул, чувствуя, как волнение охватывает его тело. Перед ним стояли глава клана Хиаши Хьюга и двое старейшин, их взгляды были полны строгости. Атмосфера в комнате казалась тяжелой. - Добро пожаловать, Хокаге-сама, - учтиво произнес Хиаши, склоняя голову в знак уважения. - Здравствуй, Наруто. Какаши кивнул, слегка наклонив голову в знак уважения старейшинам и Хиаши, и присел на татами, показывая свое спокойствие и готовность к диалогу. Наруто последовал за ним, чувствуя, как внутри борются эмоции: желание защитить Хинату, и страх перед предстоящим разговором. - Спасибо, что приняли наше предложение и согласились обсудить столь деликатный вопрос, - произнес Какаши ровным голосом, в который были вложены серьезность и уважение. Наруто отметил слово «предложение», понимая, что Какаши-сенсей взял на себя часть ответственности за происходящее, и мысленно снова был ему благодарен за поддержку. Один из старейшин, пожилой мужчина, внешне очень похожий на Хиаши, сдержанно кивнул, показывая свою согласие и готовность к обсуждению. -Хината- драгоценная дочь клана Хьюга, - произнес старейшина с мягкой твердостью. - Мы желаем ей всего наилучшего. На щеках Наруто зашевелились желваки от ярости. Его охватило ощущение, будто его намеренно заставляют слушать грубую ложь. «Драгоценная?» - прошептал он про себя, чувствуя, как внутри все сжимается. - «Как же!» «Наруто, успокойся!» - вдруг прозвучал в голове голос словно эхо из далека. «Как мне успокоиться, Курама?» - мысленно спросил он. - «Эти люди нагло врут прямо мне в лицо, собираясь наложить на нее проклятую печать. Разве так поступают с драгоценной дочерью?» «Согласен», - фыркнул хвостатый. - «Но если не сдержишься сейчас, то определенно навлечешь на нее беду.» Наруто судорожно сглотнул, осознавая, что хвостатый прав. Ему нужно успокоиться, чтобы не потерять контроль и не навлечь еще больше проблем. Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул, стараясь сохранить спокойствие - для Хинаты, для себя и для будущего. -Наруто-кун, - обратился к нему второй старейшина, немного помоложе, но определенно старше главы клана. Его белые глаза, отличительная черта клана Хьюга, внимательно изучали парня. - Действительно ли ты желаешь взять на себя ответственность за Хинату и ее будущую жизнь? Наруто, подгоняемый яростью и недовольством, ответил, не задумываясь, его голос звучал твердо. - Именно так, даттебае! - его слова прозвучали уверенно, словно все его страхи, сомнения и переживания испарились в считанные секунды. Внутри него бушевали сложные чувства - желание защитить Хинату и гнев на тех, кто хочет ей вреда. Одна мысль о том, что эти двуличные люди решают судьбу Хинаты, приводила Наруто в ярость. - Я абсолютно уверен в своем решении, - добавил он с твердым взглядом, не позволяя сомнениям затмить его решимость. Какаши еле заметно хмыкнул. Его ученик, как обычно, не обладал особым терпением и был абсолютно честен. Но в данном случае именно это и было его преимуществом - он был искренен и решителен, а это важнее, чем скрывать свои истинные чувства или показывать сомнения. В конце концов, такой подход мог сыграть им на руку, ведь в сложных ситуациях честность и смелость ценились превыше всего. - По правилам клана, Хината может выйти замуж только за члена клана Хьюга, - напомнил старик, его голос звучал спокойно, но в нем ощущалась некая строгость. Он замолчал, внимательно изучая реакцию Узумаки, однако тот оставался невозмутим - лишь нахмурив брови, он смотрел на него в ответ, словно пытаясь понять, к чему ведет этот разговор. - Что я должен сделать, чтобы обойти это правило? - спросил Наруто, его голос прозвучал чуть более настойчиво, несмотря на явное смятение. Он искал в глазах старика хоть каплю подсказки или поддержки. Старейшина, заметив это, чуть наклонил голову в сторону, собираясь что-то ответить, но его прервал Какаши. Учитель сделал небольшой жест рукой в сторону Наруто, словно он уже предвидел такое развитие ситуации. Конечно же неопытного Наруто можно заставить понаобещать много чего лишнего. Какаши здесь для того, чтобы не допустить этого. - Прошу прощения, мой ученик немного на взводе, - улыбнулся Какаши, его глаза за привычной маской оставались спокойными, но в голосе присутствовала нотка легкой иронии. - Он, кажется, слишком сильно переживает за будущее. Наруто, не понимая полной ситуации, смотрел на учителя с недоумением. Его лицо выражало искреннее удивление, ведь он не сразу улавливал всей сути диалога. Но Хокаге, очевидно, не стал задерживаться на его вопросах и продолжил. - Вы же понимаете, что союз Хьюга с героем, спасшим мир от Десятихвостого, - его глаза стали серьезными, - это не просто пустое заявление или пустая формальность. Это важное стратегическое решение для всей деревни. И подобное предложение открывает перед кланом Хьюга новые горизонты, укрепляя его позиции и статус. Старейшины, которые до этого молчали, теперь напряглись больше, обмениваясь взглядами, наполненными различными мыслями. Тем временем Хиаши внимательно наблюдал за происходящим. В его взгляде читалась спокойная оценка ситуации - он понимал, что в любой момент может поддержать тех, кто хочет расширить привилегии клана, и в тоже время заботился о будущем дочери, и о том, чтобы её судьба не была поставлена под угрозу. Он надеялся на мудрость и на ясность Шестого. - На что вы намекаете, господин Шестой? - голос старика прозвучал чуть более настойчиво, его лицо стало напоминать лицо Хиаши - спокойное, рассудительное, но со скрытой тенью сомнения или даже злого умысла. - Я говорю о том, что, благодаря этому союзу, клан Хьюга сможет обрести самого сильного союзника, - продолжил Хокаге, - тем самым закрепив за собой звание сильнейшего клана в деревне. Такой союз не только укрепит ваши позиции, но и снимет любые сомнения и угрозы, которые могут возникнуть у других кланов или внешних врагов. Никто и никогда не посмеет оспаривать вашу власть, ведь у вас на руках будет такой мощный козырь. Пауза наступила настолько длинная, что ощущалась словно тень, сгустившаяся в комнате. Наруто, сидя на татами, непроизвольно ерзал, но глаза его всё так же оставались широко открытыми, внимательно слушая каждое слово. Он начинал постепенно улавливать тонкие нити дипломатии, которыми оперировал Какаши- искусство переговоров, требующее тонкого понимания собеседника и способности вести диалог так, чтобы обе стороны чувствовали себя выигравшими. Признаться честно, Наруто давалось это тяжело, он не был особо умен и хитер, когда дело касалось политики, но похоже пришло время уделить внимание и этому навыку. - Я понимаю, к чему вы клоните, - наконец произнес старик, его голос стал мягче, но в нем по-прежнему звучала ясность и рассудительность. - И я не стану отрицать, что предложение для клана Хьюга очень заманчивое. Но есть важный момент: если мы согласимся на это, то и остальные члены клана, увидев пример такой возможности, захотят поступать так же - вступать в брак с внешними кандидатами, с теми, кто не принадлежит клану. А если это станет обыденностью, то границы нашего клана могут размыться, а ведь именно он - основа наших традиций и силы. Он сделав паузу, добавил, почти шепотом: - Тогда наш додзюцу - бьякуган - может полностью исчезнуть, ведь его сила напрямую связана с чистотой крови и соблюдением правил. Мы рискуем потерять всё, ради возможного укрепления статуса. Закончил он свои слова, и в зале снова воцарилась напряженная тишина. Размышления и опасения накладывались одно на другое, а в голове каждого - даже у молодого Наруто- зародилось понимание сложности ситуации, в которой они все оказались на грани. Какаши понимал, что старейшины лукавят, особенно в части сохранения бьякугана. Поскольку бьякуган - это улучшенный геном, который способен доминировать над всеми остальными генами, если только не найдется чего посильнее, то вероятность его исчезновения крайне мала даже при нарушении правил о чистоте крови. Но если позволить членам клана спокойно выходить из его состава, то у клана Хьюга не останется преимущества, а у стариков власти. Эта ситуация может обернуться новым восстанием, только уже не клана Учих, а клана Хьюга. Какаши должен быть предельно осторожен. Нельзя спровоцировать опасную ситуацию. - Понимаю ваши опасения, и я, как Хокаге, тоже не могу позволить этому случиться. Бьякуган - фактически единственное оставшееся додзюцу в мире, если не считать шаринган и риннеган Учихи Саске. В каждом из наших диверсионных отрядов и отрядах Анбу есть представители клана Хьюга. И несмотря на установившийся мир, у нас по-прежнему есть враги, которых необходимо опасаться. Внезапно перед глазами Наруто возник человек в ярком красном плаще и маске. У него тоже был риннеган. Мир Шиноби снова может погрузиться в войну; скрытый лист не может себе позволить потерять хотя бы малейшую часть своей боеспособности. Постепенно он начал лучше понимать сложившуюся ситуацию, ее опасность и скрытые угрозы. Однако, несмотря на всё это, Наруто не был готов отказаться от Хинаты, даже если их союз может поставить под угрозу существование клана Хьюга. - Я понимаю, о чем вы все говорите, - наконец произнес он, - но я не откажусь от Хинаты. И уж тем более не позволю вам поставить ей проклятую печать! В этот момент Наруто был настолько зол, что казалось, будто воздух в комнате сгустился, напряжение достигло пика. Его гнев был очевиден, и ощущалось, как эмоции переполняют его. «Неплохо, Наруто», - подумал про себя Какаши, отмечая наличие небольшого, но заметного тревожного напряжения в глазах стариков, что свидетельствовало об их скрытом беспокойстве. - Как видите, - продолжил Шестой Хокаге, - вместо проблем внутри клана вы можете столкнуться с гораздо более серьезными последствиями - проблемами с Джинчурики Девятихвостого. Он произнёс это как бы невзначай, но его слова пробудили еще больше вопросов и опасений, напоминая о том, насколько опасна эта ситуация и как важно действовать осторожно и мудро. - А его удержать, даже я в не в состоянии. - Это уже похоже на угрозу, господин Хокаге. - Вполне резонно заметил старейшина помоложе. - Что скажешь ты, Хиаши? Глава клана Хьюга нахмурил брови. - Как глава, я нахожусь в тяжелой ситуации. С одной стороны у меня есть обязанность защитить клан, а с другой стороны, - как вы правильно заметили, -Хината драгоценная дочь клана Хьюга. Хиаши сделал заметный акцент на слове «драгоценная», подловив старейшин в их собственную ловушку. - Я считаю, что союз с Узумаки Наруто будет хорошим решением для клана. Все мы понимаем, что Наруто первый кандидат в Хокаге после Шестого. Нам стоит заручиться его поддержкой. Конечно, многие члены клана будут также требовать свободы выбора. И я считаю, что стоит это желание удовлетворить. - Ты с ума сошел? - хором вскрикнули старейшины. - Ты хочешь поставить само существование клана под угрозу? - Ничего подобного, - решительно заявил Хиаши. - Я понимаю, что мы не можем настолько рисковать бьякуганом, секрет которого мы охраняем вот уже несколько сотен лет. Но иногда можно сделать исключения. - Исключения? - все еще недоверчиво спрашивали старики. - Именно. Я предлагаю создать правило, согласно которому член клана может связать себя узами брака с Шиноби не ниже уровня Хокаге. Любой, кто желает связать себя с человеком, который станет отличным подспорьем для боевой мощи клана, может представить его клану и после соответствующего одобрения вступить в союз. Это отличная возможность завязать новые связи. Кроме того, вряд ли это помешает клану, ведь Шиноби уровня Хокаге не так уж и много. - Это отличное предложение. - Поддержал Какаши. - И никто не станет сомневаться, что Наруто определенно сильнее любого из ныне существующего Каге. Он отлично подходит на эту роль. А чтобы вы были спокойны, то мы установим еще одно правило: разрешается заключать браки и союзы только с Шиноби Скрытого Листа. Старейшины задумчиво переглянулись. «Ну что же вам еще надо? Упрямые старики!» - ворчал про себя Наруто. Он был восхищен слаженностью отца Хинаты и Какаши-сенсея. Не нужно быть умником, чтобы догадаться, что они были в сговоре. - Этого недостаточно, - твердо заявил старейшина. Хиаши нервно сжал в руке чайную чашку, ощущая тепло керамики сквозь ладонь. Конечно, он не ожидал, что ситуация решится легко, но все же полагал, что старейшины проявят хоть немного благоразумия. Одно дело его искреннее желание осчастливить дочь, увенчать её счастьем и надеждой на будущее, и совсем другое - оказаться лицом к лицу с полубогом Шиноби, который, по сути, делает им одолжение, что сдерживает свой гнев и ярость. Наруто- молодой, горячий и неукротимый - с трудом сдерживал желание сорваться и порвать всех на куски, особенно когда речь шла о Хинате. Хиаши прекрасно знал, на что способен Наруто- видел его в бою, ощущал его неистовую чакру, которая будто пульсировала в воздухе, вызывая дрожь у тех, кто осмеливался встать у него на пути. Если Узумаки решит - а он точно решит, - то никакие простые запирания, соглашения или правила не остановят его от желания забрать Хинату. Этот факт тревожил Хиаши, и он знал, что подобное желание молодого Шиноби может привести к трагедии. О чем только думают эти старейшины? Им мало поддержки такого человека? Они желают диктовать свои условия, словно обладая всей властью и мудростью, которую они считают своей. Но разве молодой человек, который так силен и искренен, не заслуживает доверия? Или он для них - всего лишь предмет для манипуляций и расчетов, так же как и его дочь? Неужели они и вовсе мечтают заполучить не только Наруто в качестве Хокаге, но и самого хвостатого зверя? Похоже, что алчность и жадность всегда будут существовать в этом мире. - Что еще? - неровным голосом спросил Какаши, его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалось некоторое недовольство. Он понимал: ситуация накалялась, и обсуждение шло по нарастающей. Старейшины, словно почувствовав в воздухе напряжение, немедленно перешли к сути, сконцентрировавшись на условиях. - Хорошо, - сказал один из них, - мы готовы согласиться на предложение, которое вы выдвинули. Однако существуют дополнительные условия. Во-первых, если в результате такого союза появится еще один носитель бьякугана, что вполне вероятно, то такого ребенка не будут обучать главным техникам клана Хьюга. Он получит права и возможности, подобные члену побочной ветви, и сможет осваивать только ограниченные техники. Мы не можем раскрывать секреты, которые хранятся веками, чужакам. Какаши задумался, его глаза сузились в размышлении. - Что это значит, Какаши-сенсей? - разбавил любопытством Наруто, явно не до конца понимая серьезность ситуации. - Это значит, что если вне клана родится ребенок с бьякуганом, - объяснил Какаши, - то он сможет научиться лишь базовым возможностям глаза. Все секретные техники и техники более высокого уровня - под запретом для него. Эти знания доступны только внутри клана Хьюга и только его наследникам. Наруто нахмурился, почувствовав, как в голове у него зазвучала тревожная мысль. Разве это не похоже на наложение проклятой печати? Ограничение, запрещающее развивать сильнейшие техники, как будто лишая своих родственников шанса стать по-настоящему сильными и свободными. Он почувствовал, что его внутренний гнев снова начинает набирать силу. - И второе условие… - продолжил один из старейшин, - любой, кто покинет клан, лишается права носить статус Шиноби и покидать деревню. Наруто вскочил с татами, его глаза горели яростью. - Что это еще значит?! - его голос зазвучал на грани крика. - Вы хотите лишить Хинату права быть Шиноби? Да не слишком ли вы задираете планку, даттебае?! Вы что, хотите поставить свою власть выше наших собственных прав и желаний? Какаши попытался его успокоить, положив руку на плечо. - Успокойся, Наруто. - его голос был тихим, но твердым. - Нужно думать трезво, ты же понимаешь, что все эти условия - это попытка защитить культуру и секреты клана. - Меня уже достало все это слушать! - он отшвырнул руку Какаши и сжался в следующем взрыве гнева. - Кто вы такие, чтобы диктовать нам правила? Кто дал вам право распоряжаться нашей судьбой? Голос Наруто сорвался, и его глаза засияли признаками хвостатого - демонстрация ярости, которая могла привести к непредсказуемым последствиям. Старейшины замерли, обмениваясь взглядами - у каждого из них было понимание, что ситуация накаляется, и, скорее всего, их разговор приближается к критической точке. Хиаши молча прикрыл глаза, чувствуя, как его сердце колотится от нервозности. Это именно то, чего он боялся - конфликт, который может разрушить все, что они пытались сохранить. Он ощущал, как напряжение растет, и понимал, что время действовать сокращается. Внутри Хиаши боролись две половины - одна, стремящаяся защитить Хинату любой ценой, и другая, понимающая, что вероятность отказа у клана Хьюга слишком велика, особенно учитывая веками оттачиваемые устои и традиции. С одной стороны, он с трудом мог представить, чтобы Хината добровольно отказалась быть Шиноби, пусть даже ради Узумаки она была готова на многое, и все же разве это устроит Наруто? С другой стороны, он знал - устои клана Хьюга формировались столетиями, и старейшины не захотят легко идти навстречу новым веяниям или угрозам даже со стороны сильнейших Шиноби, таких как Наруто. В любом случае, прямо сейчас Джинчурики мог бы превратиться в разрушительную силу, способную разнести все здесь и сейчас. -Наруто! - строго произнес Хиаши. Его голос был полон решимости, пусть даже в душе поселилась тревога. На Узумаки он взглянул холодно, не поддаваясь эмоциям. - Помни, что в твоих руках не только твоя жизнь. Наруто, готовый было продолжать действовать, охваченный яростью, внезапно остановился. Его разум на мгновение вспомнил голос Нейджи, и он услышал: «Наруто… в твоих руках… не только твоя жизнь… Но и моя… кажется… тоже была…» Его словно ударили. Он замер, почти потеряв почву под ногами. И в этот момент его глаза вдруг вновь приобрели голубой оттенок - знакомый, светлый, чистый. Какаши наконец удалось усадить его обратно на татами, чтобы избежать дальнейших импульсов. - Я принимаю ваше первое условие, - наконец произнес Какаши тихим, но уверенным голосом. - Но я не могу позволить себе терять и лишать деревню хороших Шиноби. Я понимаю ваши опасения. Поэтому я еще подумаю над этим вопросом и постараюсь найти решение, которое устроит обе стороны. Однако на данный момент я считаю, что вы можете удовлетворить просьбу Наруто. Он пришел к вам с честными намерениями, и он искренне желает добра Хинате. К тому же, пусть вы и не верите в ее способность вести за собой клан, это не дает вам права клеймить ее проклятой печатью. Сегодняшний разговор, думаю, убедил всех, что мы этого не допустим. Верю, что вы это поняли. Слова Какаши были неприкрытой угрозой и предупреждением. Старейшины снова переглянулись - почти испуганно и растерянно. Затем встали со своих мест и, слегка наклонив головы, направились к выходу. В их глазах отражался страх, и даже неуверенность в собственных позициях. - Что ж, Узумаки Наруто, - наконец ответил один из старейшин напоследок. - Мы не против твоих чувств и намерений. Все же, мы желаем, чтобы с этого дня Хината не покидала деревню без необходимости. Это наше последнее условие. Наруто скрежетнул зубами, тяжело вздохнув. Его сердце забилось сильнее, он чувствовал, как напряжение как бы разрывает его изнутри. Старики почувствовали новую опасность и поспешили торопливо покинуть кабинет, оставляя за собой лишь эхо своих шагов и присутствие напряженной атмосферы. - Тебе стоит быть сдержаннее, - произнес Какаши, выдыхая медленно, радуясь, что обошлось без тяжелых последствий. Наруто недовольно хмыкнул, ощутив в себе внутреннее сопротивление его словам. - Это я еще сдержался, даттебае, - заявил он недовольно. - Не сомневаюсь, - иронично подметил Какаши, - но иногда, если хочешь победить, нужно заставить противника поверить, что ты попался на его удочку. Это - одна из основ мира Шиноби. В невыгодной ситуации важно уметь вести себя так, чтобы враг боялся и недооценивал тебя. Наруто фыркнул, явно не разделяя этого взгляда. - Мне не нравятся их условия, - снова возмутился он, ощущая внутреннее раздражение и неудовлетворенность. - Эти правила, эти ограничения… все это кажется несправедливым. - Они никому не нравятся, - ответил Хиаши. - Но правила не меняются в одночасье. Сейчас самое важное - решить проблему с проклятой печатью, а все остальные условия можно обсудить позже, когда ситуация стабилизируется. Наруто внимательно, словно пытаясь понять каждое его слово, взглянул на главу клана Хьюга. - Старики же не станут делать этого с Хинатой? - спросил он, в его голосе звучало одновременно беспокойство и даже опасение, смешанное с неприязнью. Он не мог себе представить, что ради целей клана его любимая может оказаться под угрозой. - За это можешь не переживать, - наконец облегченно выдохнул Хиаши, улыбаясь чуть по-другому. - Могу тебе сразу сказать: старейшины держались очень хорошо, но на самом деле они тебя боятся и прекрасно понимают, что не смогут тебе отказать. Однако их гордость не позволяет им признать это вслух. Поэтому они делают вид, что придерживаются правил, защищая свои интересы. Наруто задумчиво посмотрел на свои руки, обдумывая услышанное. - Я начинаю понимать, почему Нейджи так ненавидел свой клан, - тихо произнес он, почти шепотом, и в его голосе звучали оттенки горечи и уныния. Эти слова болезненно ударили Хиаши. Он почувствовал, как сердце сжалось внутри груди. - Спасибо, дядька Хиаши, что напомнили мне о нем. - Искренне улыбнулся Узумаки. - Вы уж потерпите немного. Когда я стану Хокаге, я обещаю изменить наш клан. Хиаши не обратил внимания на то, что Наруто называл его по-дружески «дядька». В его глазах отражалась смесь восхищения и глубокого трепета - слова этого юного человека произвели на него сильное впечатление. Сколько еще этот молодой Шиноби будет спасать их мир от бед и несчастий? - эти мысли пронзили его сердце. «Хизаши… Нейджи отдал жизнь за правильного человека» - поневоле подумал он. Взгляд его стал более мягким, чуть грустным. - Ну, не забывай, что пока ты еще не Хокаге, - с легким юмором в голосе напомнил Какаши, - и я тоже постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы помочь тебе. Наруто смущенно улыбнулся. - Простите, Какаши-сенсей
версия для печати
Дизайн
Главная
Твиттер
ВКонтакте
Почта
Правила и Политика
English
БорутоФан.ру
Александр Маркин
Анастасия Чекаленкова