II часть «Хината Ооцуцуки»: «Я не сдам клан Ооцуцуки» | Gimme More: Наруто и Хината

Шапка фанфика
Отдав глаза взамен жизни своей сестры, Хината обрекла себя на мучения. Обменяв свое изгнание на статус наследницы клана младшей Ханаби, она обрекла себя на одиночество. Обменяв свою слепоту на возможную смерть от чужих глазах, обрела возможность надеяться. Но не верить. Разбитое сердце Хинаты никогда не поверит людям, которые сейчас рядом. Где были эти люди, когда над ней измывались целый месяц шиноби, убивая в ней веру, заставляя желать смерти. Только Солнце Конохи, осветит ее безлунную Ночь...


Основные персонажи:Хината Хьюга, Наруто Узумаки, Сакура Харуно, Саске Учиха, Ямато, Сай, Итачи Учиха, Какаши Хатаке, Неджи Хьюга

X Текст




Подсветка:
НаруХина - Откл/Вкл
Фон: Откл/Вкл
Удалить пустые строки
Спрыгнув с ветки, я подошла к человеку, который ждал меня под тенью невысокого дерева на заранее оговоренном месте. Заметив меня, незнакомец снял капюшон и настороженно подошёл ближе. Сняв лямку рюкзака с одного плеча, перевесила его перед собой, дабы заказчик видел, что ему ничего не угрожает. Вытащив из рюкзака свёрток из чёрной ткани, аккуратно его раскрыла, демонстрируя тёмно-бордовую шкатулку, что приятно засверкала на солнечных лучах и протянула её в руки, как оказалось молодого парня.

 — Спасибо, — поблагодарил он поклонившись мне, сжимая в руках желанную вещицу. — Я боялся, что это займёт больше времени, но Хокаге была права, вы лучшая в этом.

 Приятно, что Хокаге так отзывается обо мне, однако было бы лучше, если бы этой миссией занялся кто-то другой. Я затратила больше времени, чем планировала изначально, потому что координаты, что дал заказчик оказались ненастоящими. Эта шкатулка хранилась в храме, что не было в названном месте, и мне за день пришлось самостоятельно искать этот храм. Потратив на это заветные часы, я теперь опаздываю на собрание, до которого мне необходимо кое в чём убедиться.

 — Всё прошло как планировалось, — я никогда не говорю заказчику, как все прошло на самом деле. — До свидания.

 — Спасибо большое! — Довольно крикнул осчастливленный парень, кланяясь передо мной.

 Всегда приятно видеть счастливые лица, ощущение, что я сделала кого-то счастливым успокаивает мою совесть Шиноби, когда я знаю, что взялась за это исключительно из-за оплаты. Поклонившись ему в ответ, я отошла к дереву, скрывшись от его глаз и переместилась к главному дому клана Хьюга, совсем не заботясь о том, что меня заметят советники и устроят скандал. Я хотела знать правду и для этого мне нужна бумага, что хранится в документах отца.

 Чтобы не попасться на глаза сторожам, я зашла в дом, через боковую дверь, что вела в сад из гостиной. Закрыв за собой дверь, я не спеша обернулась и с удивлением заметила, что нет трепета и тоски на сердце, я просто поняла, что уже вечность не была в этой комнате. Только вот отсутствие семейного портрета на стене, слабо кольнуло моё самолюбие. Небось советники постарались — Ханаби не могла так поступить.

 Выйдя в коридор, я повернула направо и дошла до самого конца, вновь сворачивая направо, остановилась около двери в кабинет отца, куда всегда боялась заходить, даже когда он самолично звал. Если тебя пригласили, значит ничего хорошего ждать не стоит, даже сейчас в этом кабинете ничего хорошего не произойдёт. Отодвинув дверь в сторону, я аккуратно юркнула внутрь, тут же задвигая её за собой и останавливаясь на пороге, не решаясь двигаться дальше, словно отец сейчас вернётся и, найдя меня здесь, вновь будет недоволен.

 Тихо шагая, я подошла к столу, замирая у картины, за которой у отца находился сейф, о котором узнала случайно. Это случилось после происшествия на экзаменах, несколько лет назад, когда Орочимару напал на Коноху, а Наруто впервые выглядел в глазах людей героем. После похорон Третьего был созван совет уважаемых кланов деревни. Отец стоял на улице под яблоней, ожидая своего советника, который погиб в нашу роковую ночь.

 Хината. — Я возвращалась с тренировок и, когда увидела отца, хотела незамеченной юркнуть в дом, но нет, он меня заметил. — В кабинете за картиной установлен сейф, принеси мне два зелёных свитка.

 — Да, папа. — Я была напугана обращением отца ко мне и потому, не спрашивая, какой код, и не задумываясь о том, для чего он меня попросил, просто побежала выполнять указание, чтобы его не разозлить. Из-за этого, оказавшись перед циферблатом, я впала в ступор, понимая, что опять совершила ошибку. Сейчас я понимаю, что он, скорее всего, вновь испытывал мои силы. Не знаю, удовлетворила ли я его интерес, но свитки принесла, открыв сейф датой смерти мамы — двенадцать ноль пять, двенадцатое мая.

 Сдвинув картину, я ввела четыре цифры и, когда механизм пикнул, извещая об открытии, резко открыла дверцу, поражаясь тому, что сейф сильно опустел. В прошлый раз я с трудом нашла нужные свитки среди разнообразных бумаг, но сейчас внутри была только одна тёмно-бордовая папка, что я видела и в прошлый раз. Взяв её в руки, я села на папин рабочий стул и, положив папку на колени, медленно её раскрыла, глазами утыкаясь в буквы, что обожгли меня изнутри. Канаме не соврал. Мама и правда была Ооцуцуки, и дедушка на самом деле знаком с ней и знает, кто я. Почему он не рассказал мне о моей маме? Почему всегда удивлялся, когда во мне просыпались истинные силы Ооцуцуки?

 Боялся, что я не стану к нему прислушиваться? Гораздо проще манипуляцией заставить кого-то поступить из благодарности и уважения, нежели просто попросить об этом без вранья и прикрас, даже если бы я отказалась, так было честнее поступить со мной. А я бы отказалась от поста Главы, потому что никогда не видела себя на этом месте из-за качеств, которых у меня просто нет.

 Убрав папку в рюкзак, я закрыла сейф, поправила картину и, не оглядываясь, переместилась в лес, в нескольких метрах от главных ворот. Мне пришлось возвращаться, чтобы отметиться в журнале.

 Хината-чан! — воскликнул Котецу-кун, приветственно махая мне рукой, когда я показалась им на виду.

 — Здравствуйте. — Приветственно поклонившись двум Шиноби-неразлучникам, я протянула всё тот же свиток с разрешением от Хокаге, что учтиво взял Изумо. — Ханаби в деревне? — Я соскучилась.

 — Ага, — ответил Котецу-кун, внося данные в журнал. — Как вернулась пару дней назад, так и не уходила. Ого… — Его лицо удивлённо вытянулось, когда он прочёл новую фамилию. — Слышал сегодня собрание уважаемых глав кланов — будут делить территорию Учих. А кто у вас глава? Как зовут? — Он развернул журнал ко мне, чтобы я поставила свою подпись.

 Хината Ооцуцуки, — ответила я, быстро ставя подпись под своим новым именем.

 — Да я про… О… — вновь протянул он, удивлённо смотря на своего друга Изумо-куна, который так же был удивлён. — Добро пожаловать, Ооцуцуки-сама, — проговорили они, тут же вскочив на ноги, отдавая дань уважения старшему по положению, кланяясь в пояс.

 — Спасибо, — поблагодарила я ребят, выдавливая улыбку. Развернув им журнал, я слегка наклонила голову. — Хорошего вечера, — попрощавшись с ними, я, забыв о былой осторожности, прямо с места переместилась в свою квартиру, надеясь, что окажусь там одна, и Ками-сама услышал мои молитвы.

 В квартире никого не было.

 Оставив рюкзак возле дверей, я босиком прошла в свою комнату, чтобы скорее переодеться в свежую одежду, но замерла возле большого зеркала, когда краем глаза увидела большую нашивку на спине. И вновь поражаюсь тому, как скоротечно наше время. Несколько дней назад эта нашивка грела душу, но сейчас только при одном взгляде на неё, в душе кошки скребут от досады, с которой я не знаю как бороться.

 Всё это время я слепо верила человеку, даже не задумываясь о том, что он может использовать меня, манипулируя моими же качествами. Я верила каждому его слову и теперь буду платить за то, что позволила это себе.

***

 Хикэри Ооцуцуки стала Хикэри Хьюга, когда два клана решили объединиться, но обговоренное соглашение не было исполнено из-за пресловутой надменности Хьюга к своему старшему по происхождению клану Ооцуцуки, что, не приняв их в свою семью, район и дом, навешали семейное родовое проклятье на детей этого союза.

 Мама была Ооцуцуки и видимо отец думал, что если у меня нет силы для техник клана Хьюга, то я, не способная для них, окажусь способной для техник Ооцуцуки, но и там его тоже постигло глубокое разочарование. На фоне Ханаби я правда была бесполезным ребёнком, которого не замечали, которым не интересовались. Даже в ту проклятую ночь отец не позаботился обо мне, он просил спасти Ханаби. Я бы и так за неё жизнь отдала, но он всё равно просил меня об этом. Всё равно выбрал её.

 — Ты плохой отец, — тихо произнесла я, водя пальцами по имени отца на бумаге, свято хранящейся в папке под замком. — Я пыталась в тебя верить, оправдывала твои поступки, но ты не достоин этого. Не достоин даже того, что я продолжаю заботиться о тебе, хотя могла покорно передать клану Хьюга, которые убили бы тебя при первой возможности. И сегодня я, возможно, так и поступлю, отец. Я подниму вопрос о твоём снятии с должности, чтобы отдать принадлежащую власть Ханаби, и после она уже будет тебя опекать, а я продолжу быть той, кем не хотела быть и стала, потому что вы не сдержали обещание, и буду защищать свою сестру во что бы то ни стало. — Сейчас мы с Ханаби не связаны кровью, потому что дарованные мне глаза сделали из меня другого человека, но она была и всегда будет моей младшей сестрой, будь я хоть трижды Ооцуцуки.

 Захлопнув папку, я спрятала её под подушкой и взглянула на отвратительное самой себе отражение, когда за моей спиной открылась дверь и на пороге комнаты показалась раздражающая меня своим счастьем Юки, которая явно пришла проверить готова ли я к собранию. По выражению её лица, которое видела в зеркале, я поняла, что она недовольна, но я не могу заставить себя надеть официально длинное кимоно, что для меня подготовили жители деревни Ооцуцуки.

 Если я надену его, то приму правила игры, куда меня вписали поневоле, но если не надену… У меня нет иного выбора, кроме как сделать это и быть Ооцуцуки до самого конца, хотя я бы предпочла быть просто Хинатой без фамилии и клана за спиной.

 — Почему мне кажется, что ты не спешишь? — недовольно поинтересовалась она, скрестив руки на груди.

 — Тебе не кажется, — спокойно ответила я, неторопливо поднимаясь с кровати и оборачиваясь к ней лицом. — Господин Ооцуцуки здесь? — Я не знала как мне поступить. Для полноценного Главы, я слишком не опытна, хоть и думала рассчитывать на помощь дедушки, но сейчас это не возможно. Дело было даже не в том, как мне быть Главой, а как мне быть с предательством со стороны дедушки? Высказать ему и наречь своим врагом? Глупо и по-детски. Я не знаю как с ним себя вести, и будет лучше, если мы не будем говорить, чтобы я не сорвалась.

 — Нет, — ответила она, нахмурившись. — Он уже в резиденции на личной встрече с Хокаге. Ты в порядке?

 — Неважно, в порядке я или нет. — Сняв с вешалки то самое кимоно, я застыла с ним в руках и через силу надела его на свои хрупкие плечи, которые должны выдержать слишком много, и повернулась к Юки, которая, взяв шелковый широкий ремень, решилась мне помочь. — В любом случае мне придётся это сделать.

 — Волнуешься? — с некоторой надеждой спросила она, смотря на меня через зеркало.

 — Нет, — честно ответила я, чем, видимо, озадачила её, потому что затянув пояс на моей талии, она не торопилась его завязывать, сильнее стягивая ткань. — Мы разве не спешим, Юки-сан?

 Хината, ты всегда странная, но сегодня сильнее, чем обычно. — Ещё сильнее затянув пояс, она завязала его спереди в простой узел, оставляя бирюзово-зелёные концы пояса хвостом болтаться на фоне белого кимоно. — Спишем это на волнение. — Которого у меня нет.

 Поправив свои волосы, я вышла в коридор вслед за Юки. Обувшись, я ждала, когда она закончит и протянет мне руку, чтобы я переместила нас в резиденцию Хокаге, с которой мне необходимо обмолвиться парой словечек перед началом собрания. Схватив Юки за протянутую руку, я переместила нас в резиденцию к кабинету Цунаде сама. Отпустив её руку, я подошла к стене, несмотря на дверь, за которой слышался громкий смех дедушки, то есть господина Ооцуцуки.

 Хината? — Я обернулась на своё имя и встретилась взглядом с Шикамару-куном, в сопровождении своего отца. Наверное пришёл как приближенный отца. — После миссии докладываешь?

 — Здравствуйте, — я приветственно склонила голову перед отцом Шикамару, который тоже в ответ поклонился, но в глазах его читалось недопонимание. Он не имел понятия, кто стоит перед ним. — Нет, не поэтому. Скоро узнаешь.

 — Ну ладно, — лениво ответил он. — Идём.

 Проводив взглядом эту парочку, я задалась вопросом: а такой же ли отец у Шикамару и у других детей в главной семье своего клана? Отцы им так же говорили, что разочарованы ими, а матери жертвовали собой ради их безопасности? Думаю, такое случалось только в нашем клане, и снова зарождается вопрос: почему с кланом Хьюга всегда что-то приключается? То постоянные попытки похищения, то нападения и заговоры. Что это за игры кланов? Но ответов у меня опять нет, а появятся ли они со временем — неизвестно.

 Я выровнялась в спине, когда дверь открылась. Первым вышел дедушка, который, пробежавшись по мне коротким взглядом, понял, что не всё в порядке. Меня или выражение лица выдало, или он как хороший сенсор почувствовал злость и негодование в моей чакре. Я заметила, что он омрачился, но для других его выражение лица оставалось нейтрально непоколебимым. Никто, кроме меня, не видел разницу.

 — Я уж переживала, что зря отправила тебя на эту миссию, — хохотнула Хокаге, проходя мимо меня, ласково погладив по плечу. — Как всё прошло? — спросила она, когда мы двинулись к лестнице, чтобы подняться этажом выше.

 — Как обычно, без неполадок, — быстро отчиталась я. — Цунаде-сама, я могу поднять вопрос о назначении Ханаби в качестве Главы клана? Я понимаю, что Хокаге или деревня в этом не заинтересованы и не могут вмешиваться в дела клана, но я должна что-то сделать, чтобы ею прекратили… — Я обернулась к господину Ооцуцуки и Юки, которые молча шли за нашими спинами. — Чтобы Ханаби прекратили манипулировать и помыкать. Тем более мало ли чем может закончиться, когда у власти неуместные люди.

 — Мы не можем лезть в дела клана, если это не вредит безопасности деревни. — предсказуемо высказалась она, на что у меня был готов ответ.

 — А если вредит? — Хокаге с интересом глянула на меня, ожидая продолжения. — В клане проводятся закрытые собрания, на которые не все Хьюга могут попасть, но вот есть одна персона, которая посещает каждое собрание, и он не Хьюга. Это Данзо.

 — Вот хорёк недоношенный, — проговорила Цунаде-сама, сжимая кулаки. — Хината, когда заговоришь об этом, я не смогу сразу тебя поддержать.

 — Понимаю. — Политические шпионские игры. — Я поставлю вопрос по другому. — Если они узнают, что мне известно про Данзо, встречи могут прекратиться, и мы ничего не успеем сделать.

 Выйдя на пятом этаже, мы проследовали за Хокаге в комнату переговоров и зашли за ней следом, проходя к столу, за которым сидели Главы, а по правую сторону от каждого стоял приближённый. Цунаде-сама прошлась заинтересованным взглядом по всем присутствующим и встала во главе собравшегося стола.

 Я не стала реагировать на каждого, кто с любопытством следил за мной и господином Ооцуцуки. Сев на предназначавшийся мне стул, сложила руки на коленях и твёрдым взглядом прошлась по каждому, кто сидел за столом, абсолютно игнорируя удивлённые взгляды, обращённые к господину Ооцуцуки. Они наверное думали, что он сядет за стол, а не девчонка, ровесница их детей. Если я не хотела быть Главой, это не значит, что я не умею им быть, поэтому чтобы ни произошло, я не сдам клан Ооцуцуки и сама не сдамся, потому что я дочь своей матери, а они — её люди, о которых я должна заботиться, как последняя из главной ветви Ооцуцуки.

 — Спасибо всем, что собрались, — начала Хокаге, встав возле своего стула. — В послании я не сообщала повода нашего скорого собрания, но, думаю, каждый из вас догадался, когда заметил, что главный дом одного из кланов уже отреставрирован, а территория клана Учиха быстро разрушается прямо на глазах. Во время правления ваших отцов, произошло выселение этого клана с земель из-за маленького общего количества, что потом отвели Учиха. Я самолично, а также Дайме Огня не имеем понятия, какого чёрта такое допустили, и взаимно считаем, что такое решение было предвзятым и несправедливым по отношению к этому древнему и уважаемому клану, потому без долгих речей и соплей сообщаю всем присутствующим о нашем обоюдном решении вернуть клан деревни Листа обратно в Коноху. — Вытянув правую руку вперёд, Хокаге указала на меня, в упор смотря в глаза. — Представляю вам новоприбывший клан Ооцуцуки во главе с Хинатой Ооцуцуки.

 Я избегала взгляда на место, где должна сидеть Ханаби, потому что боялась увидеть её реакцию и, осмелев только после окончания приветственной речи Хокаге, собралась с силами и посмотрела в сторону Хьюга, чтобы глазами сказать «я же говорила», но неожиданно встретилась с надменным взглядом советника, нагло восседающим на месте Ханаби. Что за ерунда? Где моя сестра?

 — Добро пожаловать в Коноху, — произнёс отец Шикамару, отвлекая меня от бывшего клана. — Снова.

 — Спасибо, — ответила я ему, посмотрев на Хокаге, которая тоже напряжённо смотрела на советника клана Хьюга.

 — Клан Хьюга, — строго обратилась она к советнику, который трусливо перевёл на неё свой взгляд. — Где ваша наследница?

 — В поездке, — ответил тот, опустив голову.

 — Вы должны были отменить выезд. О собрании сообщили заранее, у вас было предостаточно времени, чтобы подкорректировать свои поездки, — отчитала она этого подлого засранца.

 — Извините, — Домо снова виновато склонил голову. — Мы не могли отменить эту поездку из-за долгой договорённости, приносим свои извинения. Но, Хокаге, здесь собраны уважаемые кланы Конохи, в чьи ряды испокон входили четыре клана. Можем ли мы вот так принять клан Ооцуцуки?

 Вот же старый говнюк! Мало того, что сидит на месте моей сестры, так ещё в глазах Глав кланов пытается меня унизить и показать, что мне здесь не место, но кажется он забыл чья я дочь. Отчасти он был прав: в совет входило только четыре клана, вот только Домо, кажется, забыл, что Хьюга заменили Ооцуцуки, когда тот опустел.

 — Как много вы знаете о клане Ооцуцуки, господин самоназванный советник? — аккуратно спросила я, приковывая его взгляд полный негодования к себе. — Вижу по вашему лицу, что не очень много, что странно, ведь клан Хьюга исходит из моего клана, и мне стоит поднять вопрос о нахождении клана Хьюга на собрании, как старшей по ветви? Вы, возможно, не знаете, но клан Хьюга лишь замена. — Я незаметно для себя стала говорить словами дедушки, вспоминая его рассказы про наш иноземный клан.

 Я быстро взглянула на Хокаге, которая была довольна моим отпором и, скрестив руки на груди, с вызовом глядела на меня в ответ, с интересом ожидая, что еще такого я могу отчудить у всех на глазах. И это случится, потому что я хочу чтобы Ханаби законно заняла своё место вне зависимости от того, здесь она или нет.

 — Раз клан Хьюга привлёк к себе внимание, то я всё-таки рискну и воспользуюсь собранием и вашим временем, уважаемые главы кланов, чтобы решить один вопрос, который сильно беспокоит жителей того клана. — Я не сдам Ханаби. — Хьюга не доверяют людям, что встали на место Главы клана и обеспокоены тем, что на клановых собраниях появился чужак.

 — Откуда такая информация? — якобы строго спросила Хокаге, въедаясь глазами в наглого советника.

 — Я не могу выдать доверившихся мне людей, — ответила я, не смотря на советника, что буравил меня злым взглядом. — Ко мне пришли за помощью, а их сочтут предателями.

 — Почему они пришли к вам? — поинтересовался отец Шикамару.

 — Потому что в прошлом я из этого же клана, — сказала я, посмотрев тому в глаза. — После инцидента трёхлетней давности, Глава клана Хиаши Хьюга находится в коматозном состоянии под моей опекой. За это время не произошло переназначения Главы, и кланом руководит группка самопровозглашённых советников, которые вносят смуту не только в жизнь своего клана, но и в жизнь деревни.

 — Почему в таком случае Ханаби не назначена Главой? — поинтересовалась Хокаге. — Если Хиаши давно в коме, какого чёрта наследница сидит без дела?

 — Ханаби-сама ещё молода для этой должности, госпожа Хокаге. А в ваших словах есть личная заинтересованность, госпожа Хината.

 — Есть, — ответила я, улыбаясь ему. — Ваш клан, как младший брат моего. Конечно я беспокоюсь о своих родственниках. В любом случае я сообщила, что хотела, и мы можем продолжить собрание без вашего участия: вы не приближённый и не глава. Вам здесь не место.

 — Права она, — сказал отец Шино. — Не являетесь вы лицом доверенным и находиться не можете здесь потому. Придется собрание покинуть вам.

 — Не против, — согласилась Хокаге, наблюдая за тем, как Домо нехотя встаёт из-за стола и отправляется за двери. — За нарушение правил собрания клан Хьюга две недели не может покидать границы Конохи. Впредь учитывайте расписание и уважайте других



Прочитали?
2
Silin JiБакэнэко чан


Нравится!
3
Не нравится...
0
Просмотров
191
Оценка: 5.00 5.00 0 3
191 
 
 
 1


Поделитесь с друзьями:

Обложка
Отдав глаза взамен жизни своей сестры, Хината обрекла себя на мучения. Обменяв свое изгнание на статус наследницы клана младшей Ханаби, она обрекла себя на одиночество. Обменяв свою слепоту на возможную смерть от чужих глазах, обрела возможность надеяться. Но не верить. Разбитое сердце Хинаты никогда не поверит людям, которые сейчас рядом. Где были эти люди, когда над ней измывались целый месяц шиноби, убивая в ней веру, заставляя желать смерти. Только Солнце Конохи, осветит ее безлунную Ночь...


Основные персонажи:Хината Хьюга, Наруто Узумаки, Сакура Харуно, Саске Учиха, Ямато, Сай, Итачи Учиха, Какаши Хатаке, Неджи Хьюга
Одобрил(а): Moderator 11 дней назад в 02:07
Глава: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

0 комментариев

Только авторизированные пользователи могут писать комментарии
 

 



Дизайн   Главная   Твиттер   ВКонтакте       English   БорутоФан.ру
Александр Маркин   Анастасия Чекаленкова  
Рейтинг@Mail.ru
Вниз
Ниже